Опять старый кормчий сбирается в море, хоть косточки просят тепла и покоя; страшны ему стали невзгоды похода иль – вдруг! – смерть в пучине… но бедность страшней. Квинт Гораций Флакк Сколько мы помним, Таида сплетницей, склочницей, сводней лучшей из лучших считалась. И Цицерон бы не сдюжил против Таидовой глотки. Ныне сказали: усопла. Ри́торы, траур наденьте! Что за язык замолчал! Марк Валерий Марциал – Атилий, ты не болен ли? – Нет, лишь устал смертельно. Всю ночь скакал без отдыху. – Так бросил бы. – Куда там! Представь, на дикой лошади я…, а на мне, – нас с нею хлеща горячей плёткою, – безжалостный Амур. Анонимный автор Почти что полдень. Сбегай, мальчик, к друзьям моим и приглашенья им разнеси – всего четыре, – и сам я с ними буду пятый, хозяин добрый. Узким кругом мы отобедаем, иначе не даст беседе получиться гостей чрезмерное число. Децим Магн Авсоний - 52 - - 53 -
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4