Пел счастливый птах на ветке древнего баньяна: «Ах, любовь! Ты – дождь весенний: всё живишь, питаешь…» «Не-ет – подумал старец, – дождик сей нам не полезен: от него лишь древесина мякнет да гниёт». Всё льёт, и льёт. Родители вздыхают: мозгло, грязно – не хочется на улицу… Пусть льёт! пусть наполняет проулок бурой жижею – тогда уже до света мои ночные к лю́бому затянутся следы… Порою шёпоты слышны: мол, твой супруг прельщается иными глазками теперь… Наушники-завистники! пускай, зато он никогда не забывает ласками меня дарить – так, стало быть, вдвойне я хороша. Она молода, но под сари воздушным вполне уже явны округлые полные бёдра и грузно-упругие груди. Украдкой смотрю и дыханье теснится, заходится сердце и ноги тягчеют, как будто её эта ноша – моя. - 202 - - 203 -
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4