В дверь кабинетика громко постучали, и на пороге появился незнакомый Наде человек. Он шагнул вперед, и в кабинетике сразу же стало тесно. Вместе с тем в нем стало как будто светлее, — может быть, от выгоревших соломенных волос парня, может быть, от его улыбающихся глаз, может быть, от его приветливой и доброй улыбки. Он был одет по-дорожному, но со вкусом. Просторная мягкая куртка. Случайно ли, нет ли, носки и рубашка одинакового терракотового тона. «Не наш, приезжий»,—в первую секунду отметила Надя. Да и держится как-то... и скромно, и свободно. Чаще случается — либо уж не гнутся ни руки, ни ноги, либо уж неприятная развязность, как на шарнирах. — Здравствуйте, — все еще улыбаясь, заговорил вошедший. Однако не полез с рукой, а выдержанно дождался, когда Надя сама первая решилась протянуть руку. — Я — молодой поэт. Зовут меня Иваном. Мне сказали, что все молодые поэты — ваше ведомство. Значит, я прямо к вам. — Ну что же... Это правда.. А стихи у вас с собой или вы хотите прочитать и получить консультацию? Вы не стесняйтесь, прочитайте какое-нибудь стихотворение, разберемся. Иван улыбнулся. — Стихи потом. Я по другому поводу. Собственно, я приезжий. Из Москвы. Скорее даже не приезжий, а проезжий, потому что сегодня же вечером сажусь на пароход и еду дальше к Ледовитому океану. Мне хотелось бы днем хорошенько познакомиться с городом. Старина и прочее. Я думал, если бы вы пожелали помочь. Вы ведь давно уж в этом городе. — А почему, собственно, я должна играть роль экскурсовода? Есть музей, у него свои сотрудники. — Все это так. Но очень уж эти сотрудники доскональный народ. Заговорят. Хотелось бы более непринужденно. И потом, лучше, когда тоже литератор. Ваш главный редактор, например, встретил меня более сердечно. Между прочим, именно он посоветовал мне обратиться к вам. — Простите, вы сказали., что вы московский поэт. Как ваше полное имя? Наде хотелось уязвить добродушного парня, Мол,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4