Дмитрий, как все равно у себя дома, сбросил шинель (конечно, уж без погон), закинул ее на печку и смело по- тиснулся в переднюю избу. Танцевали «страдание». Без дроби и без частушек. Так себе толклись на одном месте, все больше девки с девками. Настоящих парней повыбило на войне. Хоть бы и здесь на вечеринке: на каждого парня сегодня девок по пять, по шесть. Среди баб, стоящих в три ряда по стенке, каждая вторая — вдова. В парном румяно-пестром месиве вечеринки Дмитрий сразу поймал глазами голову Шуры Куделиной, да и как ее было не поймать. Если она, и без того чуть-чуть повыше других, положила еще поверх своей головы, и не положила даже, поставила ребром тяжелую, как кистень, золотистую косу. В то время когда Митя протиснулся вперед и стал виден всем, поверх понурых бабьих голов, Шура танцевала к дверям спиной. Ее подружка, Маруська Зотова, успела ей шепнуть что-то такое, от чего Шура вздрогнула, сбилась с ноги, но вдруг ударила отчаянной дробью о звонкие сосновые половицы и в два голоса с Маруськой Зотовой они звонкоголосо, задорно, вызывающе, сразу меняя весь тон вялой запарившейся вечеринки, запели: Ой страданье, ой страданье, Захватило грудь дыханье. И снова дробью. И самолюбиво стало Митьке оттого, что в его честь. Никто, конечно, не догадался. Но он-то сразу понял, что в его честь. И успело еще промелькнуть в голове под дробь и частушку Шуры Куделиной: «А может, здесь-то я и есть дома, а не на этих собраниях, ни среди этих спорщиков,— кто умнее, не на экзаменах по древней Греции». Санька Басурманов, хозяин вечеринки, пьяненький, без разговоров потащил Митю в кухню. А там в кухне за печку, где, между прочим, стоял и теленок. На печи стояла коптилочка, чтобы Санька не лил все же мимо стакана из мутной трехлитровой бутыли. — На, свойское. Уважил ты меня. А я завтра в армию.— Санька пьяненько прислонился и всхлипнул на Митином плече, пока тот чуть не насильно вливал в себя тонкий двухсотпятидесятиграммовый, а по деревенскому (среди пьяниц) девятиглотковый стакан. Теперь снова, зайдя в переднюю избу, Дмитрий обошел всех парней, сидящих на стульях вдоль стен, и с каждым по410
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4