— Ну... Понятно. Есть труд, работа, еда, питье, одеяло. А есть духовная жизнь. Не для тела, а для души. — Значит, велосипед и самолет, а также автомобили с комбайнами — все это для души. — Сами автомобили с комбайнами, может, и не для души, но они высвобождают время, которое используется для души. — Как же оно используется? — Я уж сказал: радио, газета, патефоны, клуб. И для дальнейшей ясности, чтобы в точности определить предмет разговора, может быть, вы тоже сформулируете свое понимание. — Охотно, я под духовной жизнью понимаю красоту, которой окружает себя человек, проникновенное понимание этой красоты, глубокое удовлетворение, глубокую радость от ее понимания. Главнее же всего — активное участие в создании красоты. То есть не только восприятие, но и соучастие, а может быть, даже чистое творчество. — Ну где же это вы могли бы видеть? — Не спешите, я не договорил до точки. Посмотрим теперь, как подходит под мое определение выдвинутая вами духовная категория. Ну от велосипедов с аэропланами вы отказались сами. Остались радио, газеты, патефоны, клуб. Клуб я оставлю на конец разговора, газету отнесу, скорее, к информации. Все же это не эстетическая категория. Сказать ли вам, что радио и патефон скорее протезы, заменители духовной культуры, нежели сама культура. — Чепуха и мракобесие!— рассердился Золушкин.— Извините. — Я тоже думаю, что можно спорить и не ругаться. Ну а если по существу — посудите сами. Кто создал замечательные, поражающие весь мир своей красотой, многоголосые задушевные русские песни. Народ. Крестьяне и крестьянки. Они пели их всякий раз, когда собирались вместе: на посиделках, на свадьбах, по дороге на сенокос. Пели пряхи, ямщики, матери над колыбелями, рыбаки на веслах, бурлаки на Волге, подвыпившие мужички на ярмарках. Мало того что пели — сочиняли. Какая музыка, какие слова. То боль и тоска, то разгулье и удаль. Я считаю, в этом заключался активный момент духовной жизни русского человека. Он окружал себя красотой. Сам ее создавал, сам ею активно пользовался, ибо поет и плачет... Вместо того чтобы создавать и соучаствовать, то есть артистически высоко культурно, задушевно петь, все слушают нелепые патефоны, с заигранными пластинками. 402
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4