московского вечера, привыкшего к черным и серым краскам, на темном асфальте, среди людей, одетых в однотонные одежды, появилось заморское диво. Дмитрий пропустил момент и не мог представить теперь, что эта женщина выходила из машины, нагибаясь, испытывая неудобства. Она как- то неожиданно возникла среди толпы, сразу прямая. Тяжелые ослепительно черные волосы струились назад на плечи. Завернутая в лиловую ткань, с ярким красным кружочком на лбу, с сдерживаемой улыбкой на губах, с бархатной темнотой в разрезах глаз женщина походкой богини прошла сквозь расступившуюся суету и только легкий звон браслет оставила на дождливой осенней улице. Дмитрий перевел взгляд на Гелю, представил себе ее одетой тоже либо в темный бархат, либо в эту яркую лиловую ткань, и увидел, что Геля красивее обеих только что прошедших женщин. Но зачем-то эти нелепые острые плечики у пальто, говорят, их называют протезами, эти острые плечики. Называют, а все-таки носят. Из-за них пальто вздернуто кверху. И Геля, сама по себе высокая девушка, кажется сутуловатой. Но тут Дмитрий поглядел на свои башмаки, представил себя со стороны, в поношенном, с братнего плеча пальто, и Геля, в свою очередь, показалась ему нарядно одетой. В большом вестибюле, где все раздевались, было ярче. Под серыми и черными пальто у женщин и девушек оказались нарядные платья. Ощущение праздника, возникшего при виде сказочной индианки, не покидало Дмитрия. Геля была как дома. Ее не смущало, что Дмитрий, вместо того чтобы свободно и непринужденно подниматься с ней по парадной лестнице, то и дело вертел головой, оборачивался назад, разглядывал публику. Геля тотчас потащила Дмитрия наверх к портрету Листа. Они постояли там около седого человека с профилем орла, готового одним движением руки не то посеять бурю, не то ее укротить. Потом пошли в буфет. Дмитрий знал уж пристрастие Гели, и шоколадные трюфели были куплены немедленно. Потом они походили по фойе. К этому времени публика успела образовать этакое круговое течение, все шли группами, кто с кем пришел, в одну сторону, потом поворачивали в конце коридора. Дмитрий взял Гелю под руку. До сих пор брать под руку ее приходилось, только когда она бывала в пальто. Теперь сквозь тонюсенькую ткань рукава Дмитрий услышал Гелино тепло и Гелину силу. Он чуть было не отдернул руку от неожидан368
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4