На горе, куда нам предстояло подняться, из-за деревь ев выглядывала беленькая церковка с зеленой крышей От ребятишек мы узнали, что это село Воскресенье Дорога в село шла между церковью и пионерлагерем Слева в пионерлагере за аккуратным забором виднелись разные деревянные горки, качели, турнички. Пионеров самих не было. Наверно, это их видели мы издалека, когда шли лугом. У церкви ограда наполовину разрушена так, что остались только каменные столбы, а железо пошло скорее всего на подковы в сельскую кузницу Высоченная нетроганая трава буйствовала за церковной оградой. Но церковь сама и крыша ее были недавно покрашены и выглядели как новые Первое, что бросилось нам в глаза в селе Воскресенье, это отсутствие садов и огородов. Давно замечено, что в лесных местностях, где крестьянам приходилось постоянно бороться с лесом, нет в деревнях ни деревьев, ни садов. Взять хотя бы республику Коми. Там под окнами избы или сзади нее вы никогда не увидите дерева. А зачем оно, если кругом тайга. В какой-то степени это приложимо и к наиболее лесным районам средней полосы. Но чтобы в русской деревне не было даже и огородов, это совсем странно. Каждый дом в Воскресенье стоит как бы на лугу, среди высокой травы и ярких цветов, главным образом лютика и одуванчика. Мы сели отдохнуть в тень старого тополя под окнами пятистенной избы. — Старичка бы теперь для разговора,— мечтательно сказала Роза. И точно, идет вдоль деревни старик. Одна рука заложена за спину, в другой палка. Спину держит неестественно прямо, словно и правда проглотил аршин. Вообще в передвижении старика ничего не участвовало кроме семенящих ног. Было такое впечатление, что если старик споткнется, то так и упадет плашмя, прямой и негнутый. — Здешний, что ли, дедушка? — Здешний,— ответил старик, а сам семенит, не сбавляя хода, не поворачивая головы, как заведенная игрушка — Давно ли здесь живете? — С самого зарождения,— и продолжает чесать дальше. — Посидел бы с нами, отдохнул. Старик остановился. — Постоять постою, а сидеть мне неспособно. 2' 35
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4