сочетались со стареньким стиранным бледно-желтого цвета мешком, набитым бог знает каким хламом. Ну положим, мешок можно сдать в камеру хранения на вокзале. А самому? Ехать в тот городок, где учился до армии, и устраиваться работать на завод? Конечно, демобилизованного немедленно возьмут на работу. Ехать в родное село или в райцентр — и там будут рады лишним рабочим рукам. Но и завод и райцентр были настолько невероятны для Дмитрия, что мысль как-то и не развивалась в этих двух направлениях. Если исключить армию, все остальное время Дмитрий учился. И но существу Дмитрий ничего не умел, кроме как учиться. Он не представлял себя в какой-либо другой роли, кроме учащегося. Я — преподаватель физкультуры в школе? Я — помощник мастера в цехе? Я — бригадир в колхозе? Я — милиционер? Хорошо. Возьмем любую из этих должностей. Все равно будешь думать только о стихах и писать их и днем и ночью. Значит, они будут мешать любой работе. Значит, чтобы они не мешали, надо направить жизнь в их стихию. Логика ясна. Но что делать сию минуту, чтобы направить жизнь в эту самую стихию стихов. Судьба, хоть и сослепу, поступает иногда мудрее зрячего. Разве не вовремя она подсунула Дмитрию горделивую москвичку, не повидав которую он никак не мог бы уехать теперь из Москвы. Если бы не эта зацепка, давно бы помчался Золушкин на вокзал, вскочил бы на первый же поезд и укатил бы к себе в Самойлово. На досуге, на зеленой траве, все обдумал бы хорошенько. Принял бы какое-нибудь решение. Однако выполнить решение, пожалуй, было бы тогда труднее. Опять куда-то ехать, подниматься с места. Деньги к тому времени подыстратятся. «Надо сначала поступить учиться в университет, а потом уж ехать в Самойлово»,— пришла Дмитрию мысль, в которой дерзость соперничала с простодушием. «Кстати, и девушка та учится в университете Есть там, наверно, факультет, где изучают литературу Вот мне и нужно туда» В узких, изломанных как попало коридорах университета народу было втрое против обычного. У студентов шли экзамены. Больше чем студентов толпилось в коридорах людей, только еще желающих стать студентами. Одни принесли документы, другие пришли навести справки. Третьи так себе, вроде Золушкина,— на самую неопределенную рекогносцировку. 318
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4