во Владимире, достал ее из самого что ни на есть глубокого кармана и дал на секундочку подержать старшине. В следующую секунду мы шагали по территории колонии, а «волшебную палочку» я спрятал на свое место. В стороне от разметенной и ухоженной дорожки на газоне валялись две здоровенные девки. Одна сидела на другой верхом и таскала ее за волосы. Обе хохотали. Навстречу нам то и дело попадались девушки, идущие парами. Одни в самозабвении горланили песни (так, что безвольно запрокинута голова и крепко зажмурены глаза), другие вели оживленные разговоры. Многие вежливо здоровались с нами. Одеты они опрятно, подстрижены коротко, и только у некоторых был совсем уж беспардонный вид. Вскоре мы подошли к длинному мостику, перекинутому на остров. На острове раньше и был монастырь. Мост этот — форменный Невский проспект. Тут происходят главные гулянья воспитанниц. Давно замечено, что отцы-монахи понимали толк в красоте и жизни. Большинство монастырей устроено в самых красивых и угодных человеку местах. Вот и этот остров — поистине дивное место среди тихого рыбного озера в сосновом лесу. На домах висят таблички: «Коллектив № 1», «Коллектив № 2» и т. д. Есть и клуб, кажется, переоборудованный из церкви. Водил нас по колонии старшина. Он рассказывал, что многие после колонии ведут нормальный образ жизни и шлют благодарственные письма. Другие снова возвращаются в колонию или попадают прямо в тюрьму. Много здесь таких девочек, от воспитания которых отступились родители. Прошли мы и вовнутрь помещения. Везде чисто, опрятно. Чувствуется женская рука. В коридоре висят стенные газеты. И хоть там фигурируют такие словечки, как «отваливай» или «кемарить», все же, видимо, они несут определенную воспитательную функцию. В комнате, куда мы заглянули, стояло несколько коек, стол, тумбочки. Все застлано салфеточками. Очень вежливые девочки предложили садиться и даже выставили табуретки. В этой комнате стоит Красное знамя: присудили за образцовый порядок. Оказывается, в колонии есть фабричка по вязанию чулок или что-то в этом роде. Сейчас после шести она была закрыта, и мы не могли убедиться воочию, как воспитанниц колонии приучают к труду. — А что там за поселок виднеется, за деревьями? 30
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4