шихся к Дмитрию, только одно было ему знакомо. Девушка рядом с которой он оказался на прошлой неделе в подваль чике (как полутемно, как мило, как людно, как шумно там было по сравнению с этим голубым залом, как легко там остаться незамеченным), сидела за столом как раз лицом к дверям Ей и поворачиваться было не нужно Она тоже уз нала Дмитрия, поняла его смущение и растерянность Не медленно пришла на помощь, а именно, улыбнувшись, кив нула на место рядом с собой Всему наступает конец Оказывается, можно в конце кон цов обойти огромный стол, не повалив ни одного стула, и сесть куда нужно, да еще при этом и сохранить па лице подобие независимой улыбки И все было бы хорошо Но посидев минуту, Дмитрий понял, что полагалось бы что то сказать соседке, тем более что она пригласила его сесть рядом «Что бы такое ей сказать? Разве что здравствуй те? Но теперь поздно Здравствуйте —надо бы сразу Спро сить — что здесь будет? И так ясно, что будет Не знал бы не пришел Как поживаете?— совсем уж глупо» Галина Николаевна вошла в зал и тем одним облег чила участь Дмитрия. Она стала рядом с тронообразным креслом: — Александра Александровича, к сожалению, сегодня не будет. Он поручил занятие провести мне (В то самое время, когда Дмитрий а по деревне Ми тюшка Золушкин — заходил в Голубой зал, в селе Самойлове пригнали скотину. Легонькая суматоха, связанная с зато нянием в хлевы этих торжественно важных сытых коров этих непослушных овец, этих коз и телят, постепенно улег лась. На село вместе с сумерками опустилась тишина Крас ноперый закат, правда, все еще трепыхался за дальним лесом. Отец Митюшки, длиннобородый седой старик Василий Васильевич, сидел на лавочке возле своего дома в серых подшитых валенках — ну-к и что — июнь месяц, чай, в них мягче. А также и в зимней шапке. Он думал о том, что опять старуха будет ругаться не приколотил доску А зачем эту доску приколачивать, все равно весь дом рушится Вот уж Митюшка приедет, тогда. Его старуха, то есть мать Митюш ки Пелагея Степановна, доила Томку, рогатую козу с сереж нами под бородой. Было слышно и Василию Васильевичу, как цвикает молоко в подойник. Шура Куделина у пруда стояла на самой кроне зеленой муравы, красноватой от заката водой, и мыла загорелые КТ 291
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4