дем-ка к ней да захватим водочки. Уж и кутнем мы там, братец мой!» Громкий смех вернул меня к действительности. — Ха-ха-ха! Это будет у вас поход не от села до села, а от ларька до ларька! С этого времени стали доходить до меня слухи, что по крайней мере еще 15 человек собираются пристроиться к нам в этом походе. Надежда была одна, что у каждого найдутся к весне неотложные дела. Почти всегда бывает так в этих случаях. Перед весной начались соблазны. Тот из товарищей по работе поехал во Вьетнам, тот — не то в Сирию, не то в Ливан, а тот — так и вовсе в Африку. Очередь могла подобраться и ко мне. Появились сомнения, ну а вдруг предложат поехать, неужели откажешься или, может, скажешь так: «Нет, дорогие товарищи, я, конечно, поехал бы в Сингапур, но мне, к сожалению, нужно в Петушки и Воспушки». А поездка между тем была предложена. Не в Сингапур, правда, гораздо ближе, но в такую страну, в которой я мечтал побывать с детства. Друзья, к советам которых я прибежал, отнеслись к вопросу по-разному. Первый — человек трезвого взгляда на вещи — сказал: «Владимирские проселки от тебя не уйдут, поедешь будущим летом». Второй, сохранивший еще офицерскую выправку, воскликнул без колебаний: «Собрался — не раздумывай. Никогда не нужно менять раз принятое решение». Третий — философ — глубокомысленно заметил: «Имей в виду, что, разъезжая по другим странам, ты узнаешь нечто, а путешествуя по родной земле, познаешь себя». Четвертый — поэт и мечтатель — выразился фигурально: «Что лучше, ехать целый месяц на автомобиле сквозь толпу красивых женщин или тот же месяц провести с одной, но любимой?» И наконец, нашелся друг, который в одну секунду поставил это Колумбово яйцо. — О чем ты думаешь, попроси, чтоб поездку отнесли на осень. И овцы будут целы, и волки сыты. Хорошо, когда много друзей. Старинные туристские справочники, или, как их называли, путеводители, усиленно рекомендовали путешествовать по Владимирской земле. В них подробно описывалась 19
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4