золотистым, летящим из голубизны каплям просветленные улыбками и надеждой лица. В Числовских Городищах мы постучали в крышу кабины. Крупный дождь, успевший прибить пыль, но не успевший наводить грязи, перестал. В воздухе сталкивались во время дождя, бились, раздроблялись друг о друга капли, порождая мельчайшую пыльцу. Теперь тонкая пыльца эта висела в воздухе, не опускаясь на землю. Она зажгла близкую, широкую, яркую радугу. Обрывки тучи торопливо уплывали в эту роскошную арку. О Числовских Городищах в музее нам прожужжали все уши. Но интересны они, видимо, в том случае, если взять лопаты и начать планомерно, на научной основе, длительные раскопки. Тогда будут попадаться и арабские монеты, и черепные коробки, пробитые стрелами, и дубовые поленья, по которым можно судить, какие это были городища. А так — село как село. В середине села прекрасно сохранился высокий вал, окруженный водой. То, что до сих пор стоит во рвах вода, и делает Городища уникальными. Ведь нигде больше этого нет. Но ни вал, ни вода не разбудили нашего воображения, потому что мы не знали, как и никто не знал в конкретности, что здесь происходило столько-то веков назад. Другое дело — широкая и глубокая долина между Ав- довой и Юрьевой горой, так называемое Липицкое поле. Оно начало погружаться в предсумеречную дымку, когда мы вступили на него. Именно здесь мог проезжать в свое время Руслан, восклицая знаменитые слова: «О поле, поле, кто тебя усеял мертвыми костями!» Костей, правда, теперь не было видно. Обычное луговое разнотравье да низкий кустарник посреди долины — вот и весь пейзаж. Реку, значит, затянуло за эти века, а кустарник обозначает, где было тогда русло. Ведь ясно сказано в летописи: «Битва при реке Линице». Однако мы невольно стали внимательнее смотреть под ноги, надеясь увидеть либо наконечник от копья, либо ржавый боевой топор, либо шишак от истлевшего шлема. Но только обломок деревянных граблей, явно более позднего происхождения, попался нам. Теперь мы стояли на дне долины как раз между двумя холмами, то есть на месте самой жестокой сечи. Русская земля впитала здесь потоки русской крови. Только русской и никакой другой. 126
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4