— Не сразу. Но разве ты не видишь, что уже есть основа, фундамент? Может, оно и так. Но у меня перед глазами все стояла икона, на которой, по словам старухи, много красного, праздничного, воскресного и которая затерялась или даже пропала совсем в темноте неизвестности, но которая манит и всегда будет манить/ подобно (неужели права старуха?) трепетному зыбкому огоньку. 7 Никогда не приходилось мне переживать такого сильного и такого страстного увлечения. Мало того, что я отбился от дела и целыми днями теперь читал свой «Путеводитель», а вычитав что-нибудь из него, рыскал по окрестным деревням; мало того, что я потерял сон, думая ночью, где бы мне еще поискать, но даже и во сне меня преследовали иконы. Вместо того чтобы наслаждаться мирными сновидениями вроде рыбной ловли на удочку или увидеть что-нибудь из невозвратного детства, вместо всего этого мне и во сне мерещились черные доски, шелушащаяся краска, встречные шпонки, лики, проглядывающие сквозь черноту олифы. В одну из бессонных ночей я понял, что веду себя легкомысленно и безответственно. Когда я читал описание Пречистой Горы, я принял во внимание только то, что касалось двух монастырских икон, хранившихся в часовне и уцелевших от пожара. Но дальше ведь идет фраза, которой никак нельзя было пренебречь: «Кроме того, из этого монастыря сохраняется икона Божьей Матери в церкви села Ельтесуново». 89
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4