Какая власть настойчиво течёт к нам? Какую тайну знают огоньки? Зачем тоска, что вовсе безотчётна, И какова природа той тоски? А помните «Чёрные доски»? — продолжает собеседник. — А как он писал об охоте и рыбалке, о грибах и травах? А «Камешки на ладони»? А как он, когда все ещё всего боялись (можно было поплатиться свободой), написал правду о Ленине, основываясь только на документах, к которым он как известный писатель имел доступ?» Да, есть что вспомнить. Но всё же самое поэтически пронзительное из всей прозы Солоухина — это «Смех за левым плечом», повествование о русской деревне, о удивительной красоте размеренного крестьянского труда и быта, о богатстве народной культуры, о ярких личностях, окружавших маленького мальчика, который, пристально всматриваясь в окружающее, впитывал впечатления чуткой детской душой, воспринимая ту ладную жизнь как счастье, а разрушение привычного уклада этой жизни — как трагедию. Это самое личное и самое проникновенное произведение Владимира Солоухина, дающее живое представление не только о русской деревне начала 30-х годов, но и о том, как человек, с детства наделённый талантом и попавший в благодатную среду, становится одним из лучших писателей России. Повесть «Чёрные доски», с первых страниц производящая впечатление детектива из жизни коллекционеров, потом местами звучит как гимн русской иконе, появление которого в печати было в 60-е годы совершенно невозможно — но это невозможное совершилось и потому воспринималось как откровение, как чудо. Солоухин не только быстро проник в тонкости собирательства, реставрации и искусствоведческой оценки «произ- 4
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4