валялись так и сяк, были без живописи, потому что крыша в амбарчике во многих местах текла. Одна икона средней величины лежала в сусеке живописью вниз. Она осыпалась только по углам и полям. Середина уцелела, и была эта середина — «Рождество» XVII века. Уцелел еще край от большой иконы, восьмая ее часть. Мы попросили разрешения взять эти жалкие остатки с собой. Ключарь даже удивился нашей просьбе и все сочувствовал нам, что остальные иконы смыло дождями. ...Упрямство, логика поиска повели нас на скотный двор. Живопись не могла уцелеть, но можно было взглянуть на обратную сторону иконописных досок и по ним определить, к какому времени относились погубленные произведения искусства. Но, оказывается, и кормушек не уцелело на скотном дворе. Теперь была действительно явная неудача, дополненная предыдущими более мелкими неудачами, о которых не пришлось бы жалеть, если бы удалось спасти хоть одного «Флора и Лавра» из темного придела опустошенной церкви. Склад был открыт. Я нашел теплый придел, где некогда висели иконы «старинного греческого письма», увидел деревянные перекладины, тябла иконостаса, смог составить представление, каких размеров были иконы, но легче мне от этого не стало. 13 Начало вечереть, когда мы поехали в обратный путь. Хватило еще у нас энергии и, как говорится, воли к победе, чтобы, проезжая через большое старинное село, вновь испытать судьбу. По правде говоря, лучше бы не останавливаться. 180
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4