Все это было бы смешно, Когда бы не было так грустно. Твоя любовь казалась мне смешной, Моя любовь преступной мне казалась. Какой светильник разума угас, Какое сердце биться перестало. Или совсем уж блестящее у Евгения Боратынского: Среди поэтов-профессионалов нашего поколения издавна было известно стихотворение, автора которого мы никак не могли установить. Приписывали его Бунину, однако ни в одном издании Бунина стихотворения не нашли. Думали на Иннокентия Анненского, Сологуба, Гумилева, но и у них его не оказалось. Случилось так, что я с чьего-то голоса запомнил из стихотворения (а в нем восемь строк) только первую строчку и две последних. «Легкой жизни я просил у бога» — была первая строка, а две последних звучали так: Строчки звучат в сознании, хочется их повторять, хочется читать про себя все стихотворение целиком, но больше ничего не запомнилось. Кому ни позвоню, никто Близ рощи той его могила! С кручиной тяжкою своей К ней часто матерь приходила... Не приходила дева к ней. Легкой жизни я просил у бога, Легкой смерти надо бы просить. 14* 211
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4