леке от родителей и по ласковости своей натуры, скоро сделалась равным членом нашей семьи. Помню, как одним летом мы с женой возвратились в деревню после недельной отлучки, и как Таня бросилась на шею жене (своей хозяйке), и как они обнимались и миловались, словно родные сестры или словно мать с дочкой. Дети не чаяли в ней души, да и она, как видно, любила их. Они стали большенькими к тому времени — одной семь, другой пять лег, так что сознательная человеческая привязанность была уж доступна им, и проявилась она в любви к Тане. На летние месяцы мы уезжали в деревню. Там с особенным проворством трудились Танины руки. Вместе с нами она шишилась в грядах, сажала молодые вишенки, ездила в лес по землянику и по грибы. Земляники она успевала нахватать вдвое больше нашего. Только и слышно из-за кустов, если нападала на особенное земляничное место: «Горэ мое горкое». Придя домой, эту землянику мы все, разложив по глубоким тарелкам, ели с молоком, подсластив его сахаром. Тут подоспело событие, во время которого в полную меру развернулась работоспособность Тани, ее старательность и ее неунывающий нрав. Мы затеяли капитальный ремонт нашего деревенского дома, достоявшегося до последней крайности. Из районной ремстрой- конторы приехала бригада плотников из пяти человек. Они работали полтора месяца. Их надо было кормить три раза в день. Сейчас, вспоминая то далекое, теперь уж пятнадцатилетней отдаленности время, я думаю, что без Тани мы тогда просто не справились бы. Ведь плотницкий аппетит вошел в поговорку. Да и как не быть аппетиту, если пятеро молодых здоровых мужиков с пяти утра на свежем воздухе намахаются топорами? «Горэ мое горкое», — говорила им Таня, ставя на круг едва ли не бельевой таз картошки с мясными консервами и поменьше таз с малосольными огурцами. Сама же эти огурцы она и солила. По вечерам Таня ходила в клуб, смотрела там кинофильмы, танцевала. Наверно, ухаживали за ней деревенские парни, но ничего серьезного не наметилось. Зато с переездом в Москву, осенью, появился постоянный молодой человек. Это был солдат последнего года службы, а родом откуда-то с Кубани. В плохую погоду он целые вечера просиживал перед нашим телевизором. 208
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4