— Пообедать-то вы успели? —спросил Игорь Витальевич. — Только собрался. — Ну так вот. Во-первых, возьмите эту сумку. Там горилка с перцем, апельсины и колбаса. — Эх, ребята обрадуются! — Не все же ребятам. Оставь и себе что-нибудь. — Вместе съедим и выпьем. — Во-вторых, я предлагаю... Сейчас вы переоденетесь, и поедем в Можайск, в ресторан. Там пообедаем. Приглашаю. На Западе это всегда необходимо подчеркнуть, чтобы с самого начала была в отношениях полная ясность. Итак, поедем в Можайск, здесь недалеко. Тридцать минут езды. А что такое тридцать минут? Молодые люди с восторгом приняли предложение Игоря Витальевича. — Но только я должен спросить разрешение у командира отряда,—сказал Володя.— Без его разрешения я не могу отлучиться. Еще вопрос —разрешит ли он. — Тоже студент? — Нет, он... в общем, из преподавателей, Иван Иванович Топорков. Здесь он наш царь и бог. — Но почему же такие строгости? К вам приехали гости. Неужели не имеете права? — Да, он строг и суров. Только болезнь... да и то, если тридцать семь и один, работаем в поле, у нас заданье — триста гектаров. Без железной дисциплины как бы мы их убрали? — Ас железной дисциплиной? — По плану к десятому октября... — Как! Еще целый месяц? — Конечно, половина картошки остается в земле, надо прямо сказать. Какие из нас, студентов, убиральщики? Иван Иванович за каждым не углядит. Но хоть что-нибудь уберем, хоть половину. — Половина из вашей собранной пропадет на овощных базах,—вставила Таня.—Я была там, перебирала вместе с другими девочками. Она там мокрая, грязная, гниет... Хорошо, если останется половина... — В поле-то ничего,—говорил между тем Володя,—во время работы разогреваешься. А вот в этих летних домиках, в лагере, ночью... особенно, когда надо вставать... поэтому и температура у многих девочек... Но тридцать семь не считается. Если же просто горло болит, без температуры, или просто кашель —тем более... Никаких разговоров. — Да что же это за ваш такой Топорков?! — Скоро увидите, познакомитесь. 42
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4