колонка! От первого толчка падает и выворачивается из земли. В этом месте тотчас начинает неиссякаемым ручьем течь вода. Мастеров по ремонту колонки в селе нет. Своими силами починяют ее после каждого наезда недели две. Но и потом, когда поставят на место, все равно из основания колонки продолжает сочиться вода. Понемножку, понемножку она все же наполняет дорожные ямы, застаивается в них, пробирается дальше, за пределы села. — Новый приток Борщи! —шутили мужики. Однако на то, чтобы сделаться притоком, то есть добраться хотя бы тоненькой струйкой до реки, у водонапорного источника не хватало силенок. Метрах в двухстах от колонки ручеек постепенно терялся, впитывался в землю, исчезал. А до реки добираться бы ему еще около километра—по отлогой горе, а потом по лугу. Новшество, теперь увиденное мной, состояло в четырех мощных, как бы даже противотанковых надолбах, установленных квадратом вокруг колонки. Врыли в землю четыре бревна сантиметров по семьдесят толщиной. Охраняемая колонка, как бы игрушечка между ними, хрупкостью своей подчеркивает несокрушимую, туповатую мощь врытых бревен. Теперь уж ни по темноте, ни спьяну не потревожит колонку ни один колхозный шофер. Александр Николаевич сделался глуховат. Его спрашиваешь, переспрашиваешь, желая узнать новые подробности, а он твердит свое: — Я Сергею Торееву раз пять говорил: «Слазай на крышу, заделай дыру. Опохмеляться-то ходишь к ним». — Это около трубы, что ли, дыра? — Ему и делов-то там на двадцать минут. Я еще прошлый год ему говорил: возьми лестницу у Абрамовой или у Левки, слазай. Взял бы фанеру или железа пол-листа. У вас в саду около задней избушки полно старого железа лежит, долго ли взять и заделать. Прошлый год еще говорил, а он так и не слазал. — Да что такого в этой дыре? Ну отодрало там ветром, ну образовалась дыра. Так ведь небольшая же... — И слуховое окошко тоже. Ветром разбило, или, может, камнем кто кинул... мальчишки... Долго ли было ему заделать. Кусок фанеры только и нужен. Я бы и сам, да уж не гожусь. Ноги дрожат. По крыше ходить я уж не гожусь. А Тореев за двадцать минут все бы сделал. Наверно, сегодня же опохмеляться к вам придет. Два года ему твержу... — Большая ли беда—задрался лист железа? Не залило же нас. Дыра там, около трубы,—шапкой заткнешь. А слуховое окошко... если только косым дождем захлестнет... — А мы и видим, что неладно, да кто полезет? Я не 14
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4