то я знал бы, как с ней поступить. Берешь длинную прядочку и, начиная с самого кончика прута, с его обреза, обматываешь часть его, пока не кончится прядка пакли. Последние ее волокна послюнявишь, и они плотно прилягут к прутику, а потом, когда чвикалка начнет действовать, и вовсе замокнут в воде. Но нам досталась от бани старая, перепревшая, колючая, вовсе не волокнистая пакля, и я, кое-как обмотав ею конец прутика и понимая, что сама по себе она держаться не будет, примотал ее ниткой. Помнится, в детстве получалась всегда одна и та же ошибка. Пока пакля сухая, она свободно проходит в отверстие чвикалки, поэтому стараешься намотать ее побольше. Но потом она намокнет, разбухнет, в конце концов, зеленый ствол чвикалки лопается сбоку, посередине и, вместо того чтобы с натугой засасывать в себя воду, а потом струю ее выталкивать, беспомощно хлюпает. Теперь я намотал пакли как будто в меру, с учетом тех, детских промашек. — Ну, пошли пробовать. Давай тащи ковшик с водой. Наташа, как видно, до последней минуты не понимала, что же мы такое мастерим и для чего оно будет. Прутик с намотанной на его конец паклей я вставил в зеленую трубку и продвинул его до упора. Конец трубки опустил в ковш с водой и потянул прут на себя. Он пошел легко, пока еще «вхолостую», пакля пока еще не намокла. Это движение я повторил несколько раз, не вынимая трубку из ковша, и вот наконец почувствовал, что моя чвикалка засасывает воду и выталкивает ее. Тогда я набрал побольше воды, поднял конец трубки кверху, направив ее вдаль, и вот из трубки энергично вылетела тонкая прозрачная струйка воды. Она «стрельнула» шагов на десять, тут началась игра. Наташа прицеливалась в курицу, в кошку, в воробья на липовой ветке. Оглядываясь, она искала глазами, что бы еще опрыснуть и напугать. — А вы как играли в эти чвикалки?—спросила она у меня. — Ну... Нас было много мальчишек. У каждого в руках —чвикалка. Мы затевали войну. Трое на трое или пятеро на пятеро. На пруде или на реке, где много воды. А то еще обливали девчонок. Подойдем, где они играют, чвикалки за спиной спрятаны... Тут настало время обеда, а потом и—вздремнуть часок. Проснувшись, я услышал на улице за окном веселый смех и визг девчонок, подружек Наташи. По визгу нетрудно было догадаться, что они обрызгивают друг друга. Значит, подумал я, Наташа научила их, и они сами наделали чвикалок из дягиля. Что ж, в конце концов, не такая уж это сложность. 98
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4