Насчет «полов» Владимир Ильич в ораторском запале явно зарапортовался. Рассказывают, что в детстве он играл со своим младшим двоюродным братишкой в солдатиков на шашечной доске. Щелчком по шашке надо было сбить с доски солдатика. Хитроумный Володя прикрепил к доске своих солдатиков, так что младший игрок плакал от обиды, а старший хохотал своим знаменитым, некоторые считают — заразительным, а некоторые — сатанинским смехом. Поскольку мы дошли до шашечно-шахматных аналогий, то мне с этими нарушениями всех правил игры в Р917 году и в последующие годы рисуется такая картина. Играют два шахматиста. Один, проигрывающий или, во всяком случае, не желающий проиграть, стукнет другого бутылкой по голове. И таким образом партия выиграна. В анналах истории сохранился для нас и вообще для потомков редчайший документ, драгоценное свидетельство современника октябрьских событий, причем не простого постороннего свидетеля, но крупного политического деятеля, лидера и теоретика партии социали- стов-революционеров (эсеров) Виктора Михайловича Чернова. В бурные дни семнадцатого года он успел побыть министром земледелия во Временном правительстве и даже председателем Учредительного собрания, разогнанного потом большевиками. Эмигрировал он в 20-м году, но в 19-м написал письмо Ленину, которое осталось в черновой рукописи, по-видимому, необнародованной и не доведенной до сведения адресата. А жаль! Мы переписываем основные положения этого письма из газеты «Русская мысль» № 3862—18 января 1991 года. «Милостивый государь, Владимир Ильич, для Вас давно не тайна, что громадное большинство Ваших сотрудников и помощников пользуется незавидной репутацией среди населения, их нравственный облик не внушает доверия; их поведение некрасиво, их нравы, их жизненная практика стоят в режущем противоречии с теми красивыми словами, которые они дол163 6*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4