сводилась к захвату этих точек и к аресту Временного правительства, бесплодно и бесцельно заседавшего в Зимнем дворце. Задним числом мнения специалистов, историков сходятся на том, что, если бы в Петрограде находился хотя бы один полк, верный России, никакого переворота не произошло бы и штаб-квартира большевиков в Смольном была бы разгромлена. Но не оказалось в Петрограде такого полка. А массы? Массы были неоднородны. Как известно, в Петрограде возникло после Февральской революции двоевластие, а вернее сказать — безвластие. Было Временное правительство, возглавляемое подставной фигурой— Керенским. Но был также Петроградский Совет, который сам себя тоже считал властью. Революционной властью. На Петроградский Совет и решили опереться большевики. Петроградский Совет попался на эту удочку. Пожалуй, я выпишу одну яркую картинку в полстранички из книги Джоэля Кармайкла о Троцком. «22 октября—в «День Петроградского Совета»—несметные толпы «демократического населения» вышли по призыву Совета на массовые митинги... В этот день Троцкий произнес одну из самых эффектных своих речей. На этот раз, как сообщает наш главный свидетель Суханов, «все дело было в настроении... Настроение окружающих граничило с экстазом... Троцкий предложил краткую и весьма расплывчатую резолюцию, что- то вроде «Защищать рабоче-крестьянское (?) дело до последней капли крови! Кто за?» Взметнулись тысячи рук. Я видел эти поднятые руки и эти горящие глаза... Что привело их в такой восторг? Может, им приоткрылся краешек того «царства справедливости», о котором они мечтали? Или под влиянием этой политической демагогии они прониклись ощущением, что присутствуют при историческом событии? Не знаю. Троцкий продолжал говорить. Он проревел: «Пусть это будет вашей клятвой — отдавать все силы и принести все жертвы в поддержку Совета, который взял на себя славную задачу довести до конца победу революции!» Толпа не опускала рук. Она соглашалась. Она клялась. С гнетущим чувством я взирал на эту величественную сцену». 121
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4