рыто стояло на табурете. Женщина в фартуке старательно намыливала большую тряпку. Это была наша первая экспедиция. Мы не знали, с какого конца начинать разговор, и сказали пока самое необходимое и естественное: — Здравствуйте. — Здравствуйте, коль не шутите. — Какие шутки. Вы не будете возражать, если машина постоит около вашего дома минут двадцать? — Пусть стоит хоть до покрова. Вы по делу в наше Горямино? Из района или из области? — Мы сами по себе. Интересуемся стариной. Говорят, что ваша деревня Горямино очень старинная, историческая? — Как же, как же. Наше Горямино старее Черку- тина. Знаете, большое село недалеко от нас? — Знаем. Но в Черкутине родился Сперанский, а что у вас? Чем известно и знаменито ваше Горямино? — Старики сказывают, что сначала Горямино было селом, а Черкутино деревенькой нашего Горяминского прихода. Это было очень давно, старики и сами не помнят, только рассказывают. Им, значит, тоже от стариков передалось. Потом Черкутино разбогатело. Богатые черкутинские мужики перетянули от нас церковь к себе. Поэтому село называется Черкутино. — Непонятно. — В старину говорили не «церква», а «черква». Получилось у них Черкватино, а потом уж и Черкутино. Женщина рассказала все очень точно. В старой книге о жизни и деятельности Сперанского название села объясняется таким же образом. — Черкутино теперь понятно, но почему же Горямино? — Горямино— горевали, значит, наши мужики, что отобрали у них церковь, вот и вышло Горямино. — Может быть, название ваше по крутой горе? Смотрите, на каком вы крутом спуске. Гора — Горямино. Можно ведь объяснить и так. Женщина задумалась, но потом энергично возразила: — Нет, молодые люди, вы нас не путайте. Мы называемся не по горе, а по горю. Так старики нам сказывали, так и мы про себя считаем. 170
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4