— Ничего. — Как ничего, поглядите хорошенько. Отдыхающие глядят по сторонам, переглядываются между собой. — Ну, увидели что-нибудь? — Ничего. — А этот иней на ветке разве не видите? А этот куст, обсыпанный бриллиантами? А эту травинку, замерзшую и тем не менее прекрасную? Среди отдыхающих начинается сдержанное хихиканье. Тем же уровнем духовной слепоты обладают и те читатели, которые ищут в книге только прямое действие, пролистывая пейзажи, философские раздумья, лирические отступления, вообще так называемые «описательные» места. Этот роман в общем-то посредственный, скучноватый и даже несколько старомодный. Но дело в том, что он написан в ином ключе, нежели многие публикующиеся романы. Он — явление иного рода. Как если бы среди современной фанерной и пластиковой мебели появился вдруг комод красного дерева. Средний комод — не шедевр. Бывали комоды и получше. Но все же всей фактурой своей он сразу же опроверг бы, перечеркнул и обесценил бы всю фанерную и пластиковую мебель. 91
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4