— Отставили бы в сторонку. Разве трудно? Ведь это же историческая ценность, реликвия. — Ледник тогда строили. А про плиты разные и не думали. Валялась она на берегу, а потом куда-то делась. Теперь уж не найти. Потеряна навсегда. И ведь когда же это было — в тридцатые годы нашего века! Современный Березов, небольшой город (скорее, поселок), райцентр не имеет своего какого-либо лица. Он ушел от старой сибирско-бревенчатой, купеческой архитектуры и не пришел ни к каким новейшим архитектурным достижениям. Уж если серые коробки («Черемушки») более или менее одинаковы во всех без исключений наших городах от Москвы до самых до окраин, то до Березова не докатилась даже и эта волна «Черемушек». Секретарь райкома, спокойная, миловидная, молодая еще женщина, несколько раз обратила наше внимание на бетонированную узкую дорожку от проезжей части улицы до здания райкома КПСС, и была эта дорожка в ее представлении большим строительным достижением города. По этой мелочи можно судить о размахе градостроительства в захолустном Березове. Он захолустен еще и потому, что хотя и райцентр, но все же столицей Ханты-Мансийского национального округа является город Ханты-Мансийск. Так что все «Черемушки» нужно искать там, в Ханты-Мансийске. Однако Ханты-Мансийск нам был не нужен. Нам выделили катер, нам дали сопровождающего, инструктора райкома, молодого человека в коричневом кожаном пальто (кажется, его звали 37
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4