Тут и «Дума глухаря» и «Плач осетра» и «Песня последнего лебедя», и — в «Языческой поэме» — Первая, Вторая, Третья, Четвертая, Пятая думы медвежьей головы. У нас привыкли говорить примерно так: «Отсталый некогда край сделался индустриальным». К этой формуле мы привыкли. Но ведь если в приуральскую тайгу врубились нефтяники и газопроводчики с современной тяжелой техникой, это что же, манси развивают свою индустрию? Да нет, просто это на месте их обитания действуют нефтяники и газопроводчики. Равно как если на берегу Байкала пустили огромный химический комбинат, это вовсе не означает, что буряты развивают свою крупную химическую промышленность. В конце концов не можем же мы сказать, что казахи осваивают космос, только потому, что именно на территории Казахстана находится известное место «Байконур»? А что же остается вогулу, манси, а в особенности мансийскому поэту? Я — мансин, я мансин, Я — птица глухарь. Мне сердце туманит Таежная гарь. В ушах моих — пепел, В глазах моих — дым. Куда же мне деться От этой беды? Плачет и соболь, но пока еще с вызовом. Много раз меня из лука Убивали наповал — Вопреки людской науке, Я, как в сказке, воскресал. Иль на нефть меня сменяют, 18
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4