синеве стремящегося потока осенние листья мелькают возле дна, как будто мчатся там по каменистому ложу стаи вертлявых золотистых рыб. Мы со Станиславом в этот день выбрали для завтрака ровную поляну возле реки, прогретую ровным, не жарким в это время солнцем. Близко и «Москвичок», если что-нибудь понадобится из автомобиля, близко и река — умыться и набрать воды в пригоршню и выпить ее, осеннюю, студеную, как если бы самое драгоценное в мире вино. Завтрак наш состоял из крупного белого винограда и мягкого белого хлеба. Оказывается, вприкуску одно с другим, особенно если на траве под теплым небом,— необыкновенно вкусно. После завтрака Станислав полез в багажник, и тут меня ждал сюрприз. Постепенно на траве появились удочки, пока что разобранные, коробка с крючками и поллитровая банка с красной икрой, которую мы назы- ваем кетовой, а в Болгарии почему-то считают, что это икра семги. Мне приходилось рыбачить на самых разнообразных водоемах, начиная с ручейка, где, однако, наловишь ведерко пескарей, или крохотного прудика, откуда удавалось выудить золотого красноперого карася, кончая... Ну, чем кончая?— Волгой, например, или Печо- рой, или Черным морем, где уж не пескарь с карасем, а, допустис, мраморный окунь, или морской дракон, или скарпена, или морской петух, или зеленушка, или морская ласточка, или сильная благородная кефаль. Только одного мне как-то все не удавалось испытать в рыбной ловле — форель в быстротекущих горных реках. Теперь предстояло, значит, ликвидировать еще одно «белое пятно» на разноцветной яркой карте моей бестолковой жизни. В самом деле, сидеть бы сейчас в дождливой осен63
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4