смотреть нужно, придерживая шапку на затылке, а то упадет. Там, наверху, в причудливых переплетениях стальных конструкций виднелись уменьшенные расстоянием портреты Ленина и Димитрова. Пока мы разговаривали, «железное ядро» бригады: братья родные, да брат двоюродный, да зятья, да шурин, да свояк, да земляки,— все собрались вокруг. Видя, что беседа наша кончается, что мы уходим, бригада зашумела. Члены бригады напали на своего бригадира: — А ты почему молчишь о том, как Героя получил? Почему не рассказываешь, как в Москву ездил? — Ах, вы и в Москве были? Расскажите, что вам больше всего понравилось? И когда про себя я уже стал гадать, что же назовет он: Третьяковскую галерею, Кремль, университет, Большой театр, Сельскохозяйственную выставку, ГУМ, Садовое кольцо или, может быть, улицу Горького,— Ста- мен ответил: — Больше всего нам в Москве понравилось крупно- блочное строительство... РАССКАЗ МОЛЧАЛИВОГО ПОПУТЧИКА Время от времени машину нашу останавливали прохожие с просьбой подвезти их немного. Мы были рады этому: каждый новый человек что-нибудь да расскажет. Первый пассажир подошел к нам, когда мы все (а нас было пятеро) высыпали из машины посмотреть и, может быть, сфотографировать на память священника в длинной черной одежде, под черным зонтиком, едущего верхом на осляти. В автомобиле стало не только тесно, но и шумно. Пассажир болтал безумолку. В первые три минуты мы 18
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4