ред (то есть нам с вами), но и на все времена, пока существуют на земле русский язык и русские люди. Названия глав этой книги вроде бы не обещают ничего такого, отчего книга была бы занимательной. Ну подумаешь: «Дорога до Парашина», «Парашино», «Дорога из Парашина в Багрово», «Багрово», «Зима в Уфе», «Сергеевка», «Зимняя дорога в Багрово», «Багрово зимой» и т. д. Казалось бы, о чем тут читать или, вернее, чем тут зачитываться? Скажут: природа. Действительно, когда говорят «Аксаков», то как-то сразу представляют себе, что речь идет о красотах русской природы. И точно: Сергея Тимофеевича нужно считать одним из самых лучших, а в своем роде исключительным ее певцом. И заметьте, что все это без патетики, без всевозможных этих восклицаний: «О, лунная ночь!..» или «О, русские березы!» Деловито и как бы даже суховато описывает Сергей Тимофеевич то устройство удочки, то особенности охотничьего ружья, то повадки той или иной рыбешки, то расположение мельничного омута и мельничной плотины, то расскажет про пойму реки и про деревья, растущие в ней, то встретится и такое описание: «Следы недавно сбывшей воды везде были приметны: сухие прутья, солома, облепленные илом и землей, уже высохшие от солнца, висели клочьями на зеленых кустах; стволы огромных деревьев высоко от корней были плотно вымазаны также высохшей тиной и песком, который светился от солнечных лучей. «Видишь, Сережа, как высоко стояла полая вода? — говорил мне отец.— Смотри62
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4