—Видит Бог, Ксения-свет Владимировна —сама на себя бедунакликала: женюсь, непременно женюсь! Подождутри годика—тебя под венец и сведу! Ох, и наплачешься же ты у меня, мама родная! Ксюха руки в боки, плечиками подёргивает: —И где это, где это, где это ты, братик мой, найдёшь попика, коий брата с сестрой одной фамилии обвенчает? Да ему Святая Церковь анафему пропишет, а тебя —в острог, вот и пожалеешь, что не слушал меня да не выбрал по моей указке девку себе в жёны... Вот так-то!.. И довольная своими познаниями в земных и небесных законах девчушка подскочила к брату и в щёчку его —чмок! Убежать не успела, как Фаддей сграбастал её в свои могучие объятия: —Ладно, Ксюша, показывай мне ваших красавиц, но знай: и сам глазами по сторонам смотреть буду... Авось, найду. Правда, - и Фаддей сделал смешливо-грустное лицо,—давно ищу стремя титьками, слегка беременну, но девственну. Как найду иль ты подсмотришь, вот тогда враз и женюсь. Договорились? Сестрёнка всей своей детской, не искушённой пока ещё во всех этих взрослых тонкостях душой понять силится: —Как это, как это, как это? Что б с тремя... да еще и девственна... Не-е, Фаддей, —неуверенно бормочет Ксения, - так не бывает... Старая, любимая у вязниковских пацанов на рыбалке глуповатая шутка вмигуспокоила девочку. Она молча села на своё место за столом, недоумённо плечиком передёрнула. Вдруг, по всей видимости, представив искомую Фаддеем жену, звонко расхохоталась: —Да ну тебя, медведь непутёвый! Как лучше тебе хотела, а ты вона чё удумал: срамно сказать, —и улыбнулась вполне себе недетской улыбкой. Фаддей шутливо руки вверх поднял: —Сдаюсь, сестрёнка. Как скажешь —так и будет. Жду от тебя невесту, но чтоб непременно была лысая и обязательно рыжая. Найдёшь?.. Ксюша только и смогла, что слегка кивнуть, новую задачу представляя... Особенно сблизился Фаддей со своим двоюродным братом Матвеем. Они не просто ровесники, а очень похожи: оба высоки ростом, широкоплечи, чёрные волнистые волосы на одинаково широколобых головах, не вдруг и отличишь —где Фаддей, а где Матвей. Когда Матвей с Фаддеем шли по базарной площади, все нижегородские красавицы вскидывали на них глазки: до чего ж хороши братья! Фаддей поначалу смущался: не привык он к таким откровенным женским взглядам, а Матвею хоть бы что: -У нас, Фаддей, за погляд денег не берут, пущай глядять, с нас не убудет! Всё у Матвея легко и непринуждённо получается: душой открыт, в разговорах мягок и откровенен —редкое для горожанина качество. Как и все нижегородские Фаддеевы, он - при таможне. Горд, что их 94
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4