стать может застрельщиком? —неспешно размозговывал ситуацию Пётр Степанович, внимательно всматриваясь уже не в оконное стекло, а в носок своего удобного сапога —торчащий «гвоздь» ему покоя не давал: —Унас на Руси как? Не успеешь пукнуть на одном конце улицы —на другом сразу скажут, что полные штаны навалил! Кто может «сказать»? Да кто угодно: тот же Ванька Замыцкий. Всего-то год в Вязниках предводителем просидел — мало, еще хотца! Молод, знатен и богат —емуи карты вруки - меня свалить. Как? Да очень просто: поедет во Владимир к губернатору, так, мол, и так скажет: у Петьки Нестерова в Вязниках дворяне друго дружку смертным бое побивають, холопья, глядучи на то, грешить поджогами начинают, того и гляди, от малой искры большой пожар разыграется. Во-о! Тут-то ужо губернатор полны штаны наложит. Да и как его не понять? Ещё из памяти Емелька Пугачёв не выветрился, как вдруг в каких- то задрипанных Вязниках тень разбойника на щит подымают... Ого! Тут шутковать времени нету —ату его, бей, круши, дави крамолу. И сделают из меня на старости лет балаганщика всея Руси —уж какая тут юбилея! А выдумщики на злобу да сплетники еще могут и в пособники вписать...» Предводитель руки из-за спины освободил и сел, наконец, к столу. Позвонил, попросил чайный стол здесь ему накрыть —в кабинете. Чай с конфетами подали мгновенно —порядоки дисциплина всемье отставного капитана была на должной высоте. Впрочем, в рабочих своих моментах Пётр Степанович придерживался той же линии: ясность, чёткость, логика: «Та-а-к, а чё бы ещея на месте Ваньки Замыцкого губернаторунашептал? Бунтовщики... — это хорошо, но мало... Добавочки требуется, что бы уж наверняка... - Тут хозяин Вязниковского уезда задумался: ему никак нельзя, чтобы его «сковырнули» —уж больно хочется после себя сына Василия на уезд посадить, нынче ему двадцать, пора бы и настоящим делом заняться. И вдруг вспомнил, что бы он ещё шепнул губернатору, будучи Замыцким: «Это что ж получается, Ваше превосходительство? В столице граф Шереметев легко женится на любимой девице, крепостной певичке Прасковье Жемчуговой. Сама государыня, матушка императрица Екатерина Алексеевна у них на свадьбе «горько» воскликала, а у нас в Вязниках дворянин Фаддеев, достойный сын почтеннейшей дворянской фамилии, возможности не имеет жениться на крепостной девице —ея глумливые дворянчики жизни лишили аккурат в канун свадьбы!.. И это ж как ловок наш предводитель, что у него на хозяйстве сии безобразии случаются?!.» Ох, прославимся, ахти как нехорошо прославимся на всю Рассеюшку... - Недопитый чай давно остыл... —отхлебнул холодного... —всё, вроде бы, разобрал по «косточкам», пора и задело браться. —Ну,уж фигу с маслом ты у меня получишь, Замыцкий, а не предводительство, - и Пётр Степанович удовлетворённо руки потёр: —Всё ясно, как божий день: сделать надобно следующее... —решительно подошёл к конторке, взял перо, бумагу. Чирк89
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4