По опыту общения с предводителем, Фаддеев знал: отнекиваться бесполезно. Не выпьёшь —отпущен не будешь, пришлось бокал поднимать. Зная, как трепетно относится Бабкин, капитан в отставке, многие годы прослуживший в Преображенском вместе с братьями Орловыми у самой Екатерины, ко всем её многочисленным Викториям, как военным, так и сугубо мирным, Григорий первый тост за неё и поднял, к совершеннейшему восторгу хозяина дома. Потом пили за сыновей, достойно фамилии Фаддеевых и Бабкиных представляющих в императорских войсках, затем повторили за Крым и в итоге забыли, по какому поводу с утра встретились... Тут и обед подали, который плавно перетёк в ранний ужин. Спешить мужам достойным особо некуда было, но всё ж, ближе к вечеру Григорий Данилович вспомнил о своём: —Посоветоваться бы надо, как у Колбакова прикупить семейку одну, крепостную его собственность. Фаддейке златошвейка Колбаковская по сердцу пришлось, пусть женится... Бабкин обнял сотрапезника и пьяным поцелуем в щёку наградил: —Анахрена нам, Гриша, покупать? Завтри шумну ему —и подарит тебе всех своих златошвеек, хуть бы и каждого из своих сынов малолетних на них ожени, виналишь бы хватило втвоих погребах... —и засмеялся, шуткою своей вполне удовлетворённый. За малолетних и выпили... -Ты мне вот что ответь, Григорий,—предводитель вплотную придвинулся к собеседнику, как бы секрет особый выдать хочет. —Ятут человек новый, не всё мне понятно. Вот, к примеру, уменя почти триста душ крепостных по нескольким деревням... Ау тебя сколь?.. Григорий Данилович задумался, но не в подсчётах запутавшись, а выбирал слова, чтобы и самому, и Бабкину понятны были: —Ровно пять лет назад получили Вязники статус города во Владимирской губернии —хорошо... но до сей поры были мы Вязниковской слободою, что, как по мне — ещё краше. Почему? А от почему, — и Григорий внимательно посмотрел на Бабкина, поймёт ли? —«Слобода» - на русский слух, —это место свободных людей, людей, что принадлежат Отечеству своему и себе лично, безо всякого рабства. Но когда, 150 лет назад, скончался владелец всего Ярополья князь Фёдор Мстиславский, наследников не имевший, то весь его крепостной люд в одночасье стал государевым, что равносильно вольным, даж ещё важнее. Вот с тех пор и повелось: Вязниковская слобода —место чистое, а дедами нашими считалось плохим тоном заводить в слободе рабский труд. В деревнях, сёлах окрестных, в Погостах многих —пожалуйста, запретить не можем, но вВязниках - нежелательно. Иначе, какая же это, нахрен, Слобода, получится?.. —Григорий улыбнулся, видя, как Бабкин, как сыч насупившись, сидел, слушая. 41
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4