Киренск прошли в конце этого же дня. Ночью в Якутии с мая по июль светло, как днём. Вроде, и солнца не видать, а светло, но в четыре утра вдруг на востоке показывается огромный оранжевый круг, на который четверть часа можно смотреть, а затем слепит. В Вязниках тоже летом в четыре часа утра светло, но и темнота, пусть и не особо густая, а все ж -таки есть. Там, особенно на реке, Фаддей всегда мог почти точно определить время, тут же —что ночь, что день пасмурный — всё едино, вот и разберись —когда спать ложиться, когда вставать пора. —Ничо,—смеётся Лёва, —первые пять лет трудно, затем привыкаешь. Аспать? Так всегда есть возможность... Спи помаленьку —и хуже не станет! Как-то незаметно миновали Витим и сразу же за ним стоящий такой же маленький городок Пеледуй. Здесь Лена характером покладиста, в ширину —не более версты, а справа и слева в неё втекают многочисленные речки. Поначалу Фаддей легко справлялся с произношениями их названий: Нюя, Чуя, Чара—легче лёгкого, но вотуже посложнее: Олом, Дербе, Марха... Но вдруг такое, что язык сломаешь: Туолба, Беченча, Черендей, Буотама... Лёва смеётся: —И не запоминай, Фаддейка, —всё одно в голове не останется. Народу у нас мало, да разных много: эвены, эвенки, татары, буряты, якуты, чукчи - всех тайга и тундра кормит, но у всех язык свой, вот и названия... —чёрт ногу сломит, как ты говоришь! Скоро в Олёкминск придём, там живут якуты южные, а в конце Лены, у самого моря, на берегу три чума стоят, место называется Тикси, — там северные зякуты проживают. Встретятся якут из Олекмы и якут из Тикси, языками балаболят, а друг дружку не понимают —шибко разные языки у них, да и сами отличаются: южане высокие, кость широкая, но слабая — хиляки. Атиксинцы —северные якуты, они маленькие, ловкие и выносливые, а главное —много силы в них и ума.: — Понятно, Лёва — ты из северных, из тех, что сильные и умные, а остальные —дураки!.. —подшучивает Фаддей. — Э-э, пахай, — недоволен Лев, — мы из средних якутов. На северо- востоке от Якутска, совсем близко, вёрст триста, там есть речка с красивым названием Тюгюэнэ, — наш род оттуда, почитай, из самого Якутска. — подумал немного и махнул рукой: - Ну, почти из Якутска —соседи! —Тогда я —москвич! Вязники от Москвы как раз в трёхстах вёрстах и находятся —соседи!.. —улыбнулся Фаддей. Любоваться красавицей Леной, конечно, милое дело, но чтобы не облениться, Фаддей на себя кухонные заботы возложил. Ребята при деле, Семён аргы хлещет и бока отлёживает в карете на подушках мягких — дело ответственное, —вот и получается, что ему кормёжкой заниматься. На верхней палубе построено просторное помещение с деревянными 199
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4