в воду меньших размеров посудину и уже туда разместила и масло, и прополис. Вода в большой посудине на плите потихоньку закипела, масло в малом горшке от жары поплыло, а травница, знай себе, крупной деревянной ложкой помешивает, приговаривая, де, мол, варю «на бане». Долго варила — весь прополис на мельчайшие крошки рассыпался и в масле кипящем растворился. А майору сказала: —Держи в самом холодном месте. Утром, в обед и вечером по четверть ложки съедай и не успокаивайся, пока дно не увидишь. Майору по должности полагается дисциплину блюсти: выполнил все поручения травницы, ни на шаг от предписания не отойдя, почувствовал себя крепким мужиком! А на Рождество велел прикупить на рынке ситцевый отрез... Затем вызвал прапорщика и сказал, что благодарить ему чужую жену не с руки, так что «...тыуж, Василий, от себя одари супружницу, то мне и приятно будя!» Тот подарок вручил, чем жену несказанно обрадовал, да смекнула баба: «За десять лет совместной жизни и дырку от бублика не преподнёс, а тут —на тебе —отрез!» Ближе к весне кашель нехороший случился у майора. Вроде как, не простыл, а всё «кхе да «кхе». Денщик опять к травнице —взгляни, мол. Но той и глядеть нечего: —Табачище, будь оно проклято, —зельё сатанинское. Бронхи забил — вылечу... —Принесла денщику две головки чеснока, с кулак каждый, такие же три луковицы и толстый-претолстый обрубок корня хрена. Лук, чеснок и хрен почистила... —и к денщику: — Мелко-мелко режь и в ступе мни... Мнет денщик и слёзы ручьём у него, а знахарка посмеивается: —Не всё нам, бабам, —слёзы, на мужиков тоже оказию найтить можно! Все продукты в посудине смешала, слегка подсолила да медком залила. Готово. После хорошего обеда надо столовую ложку принять, а вечером, так же после еды, повторить. Посудинудержать втемноте и прохладе накрытой чистой тряпицей. Хоть сто лет простоит — не испортится, но через три месяца должно быть съедено, тогда и пуд здоровья прибавится. —Слушаюсь, ваша бабья честь!.. —вновь майор под козырёк. Круговерть командирская целиком и полностью майором владела, но стараниям его травницы-знахарки здоровье более сбоев не давало. Зверев давно заметил, что майор где-то в облаках витает, свои мысли в голове прокручивает, скорее всего, в полковых заботах весь... Алексей покашлял многозначительно и вопросительно на командира посмотрел. Погадаева взгляд Алексея оживил, вернул к прежнему разговору: —Ах, да... Думаю так: тебе ужо и не след на службу в Иркутск ехать, у меня начинай звёзды на погоны добывать, - и из папки приказов листком потряс. Зверев и не ждал такого поворота в разговоре: —Как у тебя служить, Даниил Андреевич? А Иркутск? А отцу что скажу? 174
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4