ему и здесь хорошо, сытно и востребовано... - работай, не ленись. Годыстремительно летели, лекарь совсем русским стал, не только обликом, но разумением —по-русски думать стал, медленно, но тщательно. И лентяяем Ян не был. В солидных годах уже лекарь, тяжёл в осанке, уж и борода много лет назад на русский манер —«лопатой» взрощена. «Пшекать» давно перестал, на «о» напирает, отличия в говоре не имея от всех, живущих рядом. Галины Фаддеевой сынок Серёжа прибежал, запыхавшись, напугал изрядно речью невнятной про какую-то реку, да что чутьли не утопли, Доктор переспрашивает: —Муж с женой да трое детишек малых?.. И все при смерти?.. От реки отбили?..Едем, Серёжа, едем... —чемодан лекарский - в руки, да и в возок. Хотьи тяжеловатенько, но взобрался-таки, помощь Сергяе отвергнув —гони! Вдоме Фаддеевых многолюдно, все на цыпочках ходят. Перво-наперво вишнёвым уксусом детишек обтёрли, в сухие простыни каждого завернули. Забывшись во сне болезненном, мокнут детки —уже дважды простынки поменяли, дышат тяжело. К взрослым даже подходить боязно: дыхания нет, пот —холод- нющий, измождённые лица бескровны. Жизнь то ли ушла уже, то ли вот-вот покинет бренные тела. На Бога лишь надежда: вдруг да смилостливится! Примчался с таможни Тимофей, за ним и Василий из лавки приехал. Вчём в чём, а в проказах осенних рек они хорошо разбираются —почти вся жизнь на воде, сами, до посинения, в водах холоднющих мёрзли. Здесь, по всему видать: долго люди замерзали. И голодом истощены неимоверно. Где сил взятьтелудля сопротивления болезням? На кухне бульон из трёх курёнков поспле. Густой, наваристый... — покойника на ноги поставит, кровь гонять заставит. Тимофей Иванович руками рот у мужика приоткрыл, Галина мало-мало детской ложечкой взвару влила,опасаясь — не задохнулся бы... Опасения её не напрасны —нет у больного глотательного реф74
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4