снести, но по улыбке видно —в ад дорогу проложить себе пока что не собирается, терпит. Николай добросердечно улыбается: —Ничо-ничо, Яков Борисыч, свыкнется —стерпится, а стерпится —слюбится, у всех так бывает, -- утешает своего старшего земляка. Сам давно заматеревший семьянин, и него-то с женой полная идиллия: любят друг друга, понимают и уважают. А у многих так бывает? Вот бы подсчитать! Увы, таких подсчётов пока не придумали и сколько пальцев надо —никто не знает. Наверное —много? Возможно, и всего экипажа «Орла» мало будет... Как проверишь? У Людмилы тоже животик заметен стал. До кончика носа ещё не дорос, и линий ушей пока не достиг, но уже отчётливо видно: будущая мамочка пред тобой... —и долой шапку свою! Авот Юля и Настя совсем скоро родят, обе мальчиков хотят. Да и дочки сойдут на первый раз... Следующих-то пацанов кто нянчить будет?! Татищев за ужином, когда все за столом собрались, буквально в первый же вечер по приезду, строго заявил: - Через месяц дети начнут один за одним появлтяься. С грудными никуда не отпущу. Год, может, два у меня работать будете. А Вязники никуда не убёгнут. Детишки подрастут - и езжайте, держать не стану. Ох, как бы рад был Иван Юрьевич, если бы эта, как он говорил, «команда», никуда от него не уезжала, а жила бы и работала здесь, на его верфи. Как же он былсчастлив, когда все за столсадились: Юля, Настя, Люда, Коля, Оле,г Данила и он, любящий всех их старичок, сидящий на краешке стула во главе стола! А у него попробуй только вяло ложкой работать... - враз кулачок поднимет: «..ну-ну, мне! Хорошо кушай!.» За те полгода, что ребята не были на верфи, а «прохлаждались» в Голландии, как говорил Татищев, цех по выпуску игрушек окончательно сформировался: определился с рабочей силой и ассортиментом выпускаемых игрушек и работал, опять-таки, по словам Ивана Юрьевича «на всю катушку». А два месяца назад за полкварта288
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4