Аза окнами уже смеркаться начинает, свечи в цеху зажгли, —и «заиграли» окна, Юлей расписанные красками диковенными во всей своей красе!. Тут-то детишечки малые с мамками и рассмотрели зверят в полном восхищении —днём-то и внимания не обратили. Мальчишки-подростки возле героинь афинских застряли и ржут, родителей не стесняясь, переговариваются, какая из т* * * более всех «срядна»... — вкусы, естественно, разошлись. Отцам-то тоже хочется к этому окну поближе сунуться, но сынов стесняються, да и жёны им что-то прошипели... Впонедельник на работе рано утром полюбуются, да и темнеет по зимнему времени рано — в четыре уже темно, вот свечи-то и зажгут!.. Планёрку Татищев провёл быстро: рапорты о предстоящем принял, кой-что подкорректировал и начальников цехов и бригадиров по местам отправил. А Глебу сказал: «Заводи!..» Впервые в кабинет к хозяину, в большом волнении и в таком же стеснении вошли шлюпочники —творцы игрушек. И сучкоруб с ними. Татищевстрог, важен,очки, мамонтовой кости оправа, —на носу. И не седовласый старик вовсе за столом, мужичина, государевыми делами озабоченный. Более тысячи работников с рук его семьи свои кормят. Забот у хозяина и на десятерых хватит, но сам управляется. —Видел халтурувашу, —вдруг строго начал Иван Юрьевич. —Не скажу, что «тяп-ляп» сработали, но могли бы и лучше... Работники стоят, шапки в руках держат, насупились. Татищев улыбнулся, «метал» из голосу убрал, сказал просто и легко: —Шучу я, други.Хорошо сделали, молодцы. —Потом засуетился: —Ну-тко, садитесь на стулья, в ногах правды нет, а разговор у нас долгим будет—спешить некуда. Спешила Авдотьяко своячнице на блины, да опоздала горемычная, кум последний съел! — весело заключил, пока мужики по стульям рассаживались. —Просьба у меня к вам огромная. Почему не приказ? Аиз-под палки ищо никто, ничего доброго сделать не смог, а мне надо доброе. 243
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4