вязниковской. Скаким же удовольствием расстроил её Иван Юрьевич: —Государев сей человечек, матушка, государев! Мало того, в любимчиках царёвых ходит, обласкан Петром Алексеевичем, приближен, мне в помощники определён и купить его никакой возможности нет. Никому. Допреж широкое, лоснящееся довольствием лицо полковничихи на мгновение яблоком мочёным сделалось —«обрыбилось» с покупкой ей. Обошла с Колейнесколько раз стапель, на котором полуготовый к плаванию шлюп возвышался. По трапику внутрь войти не решилась. Судя по её опорной точке, кушала полковничиха не три раза в день, а почаще, вот и наела седалище, шириною в аршин с четвертью. Привыкший к измерениям всего и всея, Николай и отметил по привычке «габариты»своей заказчицы. Про себя лишь восхитился: «Ого!.. Вот это да!..» Полковник, видимо, ночною порою, после тягот военной службы, укладываясь на ночь рядом с супругою своей, неоднократно восклицал в полном удовольствии: Боже Праведный! Неужели это всё моё?!. Застеснявшись, продолжил свой доклад почтенной даме —что сделано, что доделать нужно, и обозначил срок сдачи товара: шесть дней.. - и можно забирайть. Но заказчица радоваться скорой готовности лодочки своей не спешит. Кокетливо обмахивая личико веерком китайским (мода такая в Питере случилась вдруг), с личной просьбой к Николаю обращается, что не входило в её прежние договоры с Татищевым. Внимательно слушая заказчицу, что вдруг, с подачи Татищева та может стать очень важной дамой в Колиной жизни, он-таки не сдержался и вновь, по укоренившейся в нем профессиональной привычке, «высчитал» мысленно соотношение площади лица полковничихи с её же китайским веерочком. Геометрически получилось, что «опахало» должен быть не менее, как в четыре раза шире... —и комфорта её лицу будет больше! Суть же просьбы к Николаю сводилась к следующему: Вкарете посуху чувствует она себя превосходно, но на водах в шлюпе, стоит только матросикам ея сделать два-три гребка, как тошнота к ней подступает, внутри муть ужасная начинается, а самое 214
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4