лапищами своими Но струмента не дадим никакого —так пусть работает, руками голыми.. —и девкам салфетицей махнул: —Кыш, голубицы сизокрылые, мешаете мне любоваться на парня... Да и усталон с дороги... И девок, как ветром сдуло. Женщина пожилая осталась —за столом приглядывать, команды на кухню подавать. Девки в подсобке без сил на лавки плюхнулись: —Да-а-аа-... —только и простонали дружно... А повару всё неймётся... - орёт помощницам через всю кухню: —Да вы погодьте, ещё таких же два отрока вот-вот нагрянут,тож красавцы писаные, глаз не отвести. С обозом через две недели придут... Николай голоден, но полкусочка чего-то проглотил... —и всё, насытился... Глаза от усталости слипаются... —банька так подействовала. Татищев, сам бывалый путешественник, не понаслышке, а на своей шкуре не раз испытавший подобное, всё понимает. Заставил, через силу, выпить Николая полрюмки «вишнёвки» и проводил в комнату отдыхать. Парень лишь глазами поблагодарив хозяина за гостеприимство, плюхнулся на кровать... И, как убитый, —хоть потоп, хоть землетрясение, хоть из пушки пали или голых девок хоровод тут води, — уснул на двое суток, буди - не добудишься! Старый корабел любовно поправил одеяло и к себе пошёл, неприкрыто радуясь, что Колька всё ж приехал, не обманул его, старика, и на том пока спасибо... На вторые сутки Иван Юрьевич чуть ли ни каждый час стал заходить к Николаю —не проснулся ли? Куда там! Дрыхнет, без задних ног! Оно и понятно: месяц по болотам да хлябям из центральных земель Руси-матушки на Балтику переться!.. Наконец Николай зашевелился, с боку на бок повернулся... да и сел на деревянной кровати, потянулся, широко раскинув руки. Татищев доволен, заботливой клуней кудахчет, просыпаться окончательно помогая: —Ай, да и славно, Коляня, поспал! Отдохнул малость?.. Обедать будем?.. —вопросами частит, не зная,как помочь парню окончательно дрёму победить. 204
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4