87 скорее к избранию царя. На совещании, собранном по этому поводу, голоса разделились. Русские изменники Салтыков и Ондронов и много других, сторонников поляков, стояли за королевича Владислава, сына Сигизмунда, другие – новгородская партия, за шведского королевича и только немногие, во главе с патриархом, требовали, чтобы новый царь был из природных, православных русских бояр, указывая в числе таковых на князя Василия Голицына и четырнадцатилетнего Михаила Романова. Выборы не состоялись. Но медлить было нельзя. Гетман Жолкевский в это время стоял с поляками у Можайска и настойчиво требовал избрания Владислава, а с другой стороны, в селе Коломенском стоял Лжедимитрий. Патриарх уступил: он согласился признать королевича царем, но потребовал, чтобы тот, до вступления на престол, принял православие. Снаряжено было к Сигизмунду почетное посольство, во главе которого поставлен был Ростовский митрополит Филарет и князь Василий Голицын. Сигизмунд обещал прислать королевича на Московский престол, но, намереваясь сам овладеть им и окатоличить Россию, со дня на день откладывал исполнение своего обещания. Все это прекрасно сознавал патриарх. Он видел, какие последствия могут быть для православия и церкви с воцарением Сигизмунда, ярого поборника католичества. Снова патриарх стал рассылать грамоты, где писал, что если королевич не примет православия, он нам не царь. Увещательные грамоты его сделали многое. Наступило отрезвление, и города стали действовать между собою дружнее. Мало-помалу составилось из городов одно братство во Христе. Во главе его встал святитель Гермоген,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4