73 внутреннее, а другое – внешнее, наружное. Одно – источник совершенного, полного счастья, а другое – лишь призрачное, непостоянное, обманчивое, коварное счастье. И вот, смотря по тому, на достижение какого из этих видов счастья, внешнего или внутреннего, направлены усилия человека, зависит для человека то или иное решение вопроса о счастье вообще. Поврежденный грехом род человеческий настолько извратил в себе «духовного человека», что для него стало желанным лишь «внешнее счастье», – благополучие тела, а не духа. И, естественно, что такое счастье никогда не могло удовлетворить человека, созданного не из тела только, но и души. Это счастье прежде всего «обманчиво», призрачно и, как таковое, вызывает в человеке горькое чувство разочарования. Человек видит, что достиг совсем не того, к чему стремился, чего хотел достигнуть и на достижение чего тратил свои лучшие силы. В глубине души его остается тяжелое чувство сожаления о напрасно потраченных силах. Далее, то, что называют люди земным счастьем, часто оказывается непрочным, чем‑то хрупким, что вызывает в человеке нередко чувство раздражения и даже озлобления, так как та желанная цель, которая издали мелькала ему, как возможное и единственное для него счастье, вдруг, при самом достижении её или исчезает почти из рук человека, или оказывается не тем, чем казалась, и оставляет в его душе горький осадок неудовлетворенности. Не может «внешнее счастье» удовлетворить человека еще потому, что на нем лежит печать греховности. Чтобы построить свое благополучие, человек должен сломать и сокрушить счастье многих жизней. Пусть он достиг своего, воссел на колесницу благополучия, но ведь путь его
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4