44 предупредительным товарищем и добрым советником. Предупредительность и обязательность почившего были известны всем, кто имел к нему, как начальнику дело. Миролюбие, незлобие, братство были отличительными чертами его отношений ко всем подчиненным. Обладая таким ценным сокровищем духа, он, конечно, не любил и не допускал и в своих отношениях к духовенству, и в отношениях духовенства к себе самому, к приходу, ссор и вражды, никогда не давал им разойтись, развиться до пределов, когда борьба с озлобленными сторонами уже невозможна, когда из-за мелких, пустых счетов забывается и топчется в грязь и авторитет духовенства, и великая идея пастырства. Доношений начальству от него в таких случаях почти никогда не поступало, так как дело обыкновенно кончалось переменою настроения враждующих и все это, – благодаря самой личности миролюбиво настроенного судьи, благодаря его немногим, но от кроткого сердца сказанным словам, где он напоминал враждующим о человеческом достоинстве их личности и о великих заветах любви и всепрощения христианского. Таким был, в общих чертах, почивший как начальник, таким же был и как человек вообще, и как пастырь прихода. Горячие и искренние слезы его пасомых, в очень большом количестве собравшихся отдать последний долг умершему, были самым ценным доказательством существования тесной духовной связи почившего со своим приходом. Погребение было совершено 7 декабря собором из 8 священников и 2 диаконов, кои, не считаясь со служебными обязанностями и другими затруднениями, например, отделенностью и неудобствами путей сообщения от непогоды, явились, как бы от лица целого округа, выразить
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4