160 прямотою характера, правдивостью, простотою и доверчивостью. «Благочестие» рождало в нем «братолюбие»: любовь к присным по плоти и духу, любовь к пастырям и пасомым. Строгий по отношению к себе, он снисходительно относился к слабостям и недостаткам своих подчиненных, когда недостатки не свидетельствовали об общей нравственной испорченности человека. А так как, по учению Христа, все люди суть наши братья и дети одного небесного Отца, то естественно, что любовь почившего не могла ограничиться известным кругом так или иначе близких ему лиц, но простиралась на всех людей без различия. Кто же восшел на эту последнюю ступень добродетели, тот уже находится в общении с самим Богом: «пребываяй в любви, в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает», говорит св. Апостол Иоанн Богослов (Иоан. 4, 16). Итак, зная добродетельную жизнь почившего Архипастыря нашего, его апостольскую ревность и труды, мы можем иметь непреложную уверенность в том, что Господь не помянет грехов неведения его, но скажет ему на суде своем: «Я знаю твои дела и труд, и терпение твое… Ты за Имя Мое трудился и не изнемог (Ап, 2. 2, 3); вниди же в радость Господа твоего (Мф. 25,21)! Почий от трудов твоих» (Ап. 14, 13). «И отрет Бог всякую слезу с очей их (Ап. 7, 17) и вселит его, идеже присещает свет лица Божия». Тяжел и опасен тот путь, которым шествовал на небо бессмертный дух почившего. Мрачные и лукавые духи, как в древности на заставах мытари, стерегут души всех, даже праведных людей, при переходе их в горний мир, стремятся задержать их и увлечь за собою. Но мы уповаем, что душа Святителя имела, во время своего сорокадневного странствия в землю обетованную, надежных путевождей и спутников, которые беспрепятственно провели ее
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4