это время был полон жеваным хлебом, перемешанным с желтым маслом и розовой ветчиной. В другую ночь я слышал, как Мишка чавкает, забравшись о головой под одеяло. Ничто утром не напоминало о ночных Мишкиных оргиях. На тумбочке бесстрастно поблескивал тяжелый железный замок. К празднику День Конституции присоединилось воскресенье, и получилось два выходных дня. Тут-то я и объявил своим ребятам, что тоже пойду к себе в деревню и что уж не знаю, удастся ли принести мне ветчины или сметаны, но на черный хлеб полная гарантия. Ребята попытались отговорить меня: далеко, сорок пять километров, транспорт (время военное) никакой не ходит, на улице стужа, и как бы не случилось метели. Но мысль оказаться дома уже сегодня так овладела мной, что я после лекций, не заходя в общежитие, отправился в путь. Это был тот возраст, когда я больше всего любил ходить встреч ветра. И если уж нет возможности держать против ветра все лицо, подставишь ему щеку, вроде бы разрезаешь его плечом, и идешь, и идешь, и думаешь о том, какой ты сильный, стойкий, и кажется, что обязательно видит, как ты идешь, твоя однокурсница, легкомысленная, в сущности, девчонка Оксана, по взгляду которой ты привык мерить, однако, все свои поступки. Пока я шел по шоссе, автомобили догоняли меня. Но все они везли в сторону Москвы либо вооруженных солдат, либо ящики с оружием и на поднимание руки не обращали никакого внимания. Морозная снежная пыль, увлекаемая скоростью, .перемешивалась с выхлопными газами, завихрялась сзади автомобиля, а потом все успокаивалось, только тоненькие струйки серой поземки бежали мне навстречу по пустынному темному шоссе. Когда настала пора сворачивать с шоссе на обыкновенную дорогу, начало темнеть. Назад страшно и оглянуться —такая низкая и тяжелая чернота зимнего неба нависала над всей землей. Впереди, куда вела дорога, было немного посветлее, потому что, хотя бы и за плотными тучами, должны были брезжить последние отблески безрадостного декабрьского дня. По жесткому шоссе идти было легче, чем по этой дороге.: Снег проминался под ногой, отъезжал назад, шаг мельчился, сил тратилось гораздо больше. Меня догнал человек —высокий усатый мужик, одетый по- верх пальто в брезентовый плащ и закутанный башлыком. Этого, небось, не продувает. Случайный попутчик шагал быстро, и я 5
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4