Адель испуганно посмотрела на нас и убежала. В дверях мастерской появилась хозяйка, но с ней мы разговаривать не стали. — Хозяина зови, Кирилла Ивановича! Хозяин прибежал в нижнем белье. Голос с похмелья хриплый, глаза красные. — Что, бунтовать? Ах вы, сукины сыны! В Сибирь упеку! Мне поручено было передать хозяину наше требование. Поэтому я подошел к нему и сказал: — Мы не бунтуем, мы хотим, чтобы вы выполнили требование, написанное на этой бумаге. — Ну вот что, я не с вами рядился, а с вашими родителями. И разговаривать я буду с ними. Зовите ваших отцов. Отцы в городе были только у двоих: у меня да у Васьки. Пошли мы за ними. Отцы отнеслись к делу по- разному. Мой задумался и сказал: — Не надо бы, сынок. Если тебе голодно было, сказал бы, я бы тебе помог. Зло тут взяло меня и на родного отца. — Да разве в этом дело? Ну, меня ты накормил бы, а Никишка, а Васька, а Яшка, а Колька Саркис, а Лешка как? Дело это наше общее. — Ладно, приду. Васькин отец отнесся к забастовке, наоборот, с одобрением и восторгом. — Молодцы, ребята! А он, значит, не выполняет? Ах он, подлец! Хорошо, разберемся. Вскоре наши отцы пришли к хозяину. Меня в хозяйскую комнату позвали первого. — И в бога не верует, — внушал хозяин моему отцу, — от иконы Николая Чудотворца отрезал кусочек меди да и употребил ее в паяние. Хозяин рассчитал правильно. Отец мой побагровел, борода его затряслась. Не успел я подставить руки, как его кулак пришелся по моей скуле. — На колени перед хозяином! — Бей не бей,— спокойно ответил я, — а на колени перед хозяином ни за что не стану... Когда я входил в мастерскую, увидел за дверями всех своих друзей — они подглядывали, что будет, не сдам ли я, выдержу ли характер, 84
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4