Движение на Сусамыр мы должны были начать с Саргоу, то есть с тех степных пастбищ, откуда начинают обыкновенно двигаться к перевалу отары овец, табуны лошадей, гурты скота. Столица Киргизии еще спала, когда мы на «газике» промчались по ее улицам. Деревья, стоящие по сторонам каждой улицы почти вплотную друг к дружке, бросали косые длинные тени, поэтому на улицах держалась прохлада. Ощущение утренней свежести и прохлады усиливало журчанье ручьев, что неторопко и не лениво текут возле каждого тротуара, омывая подножия старинных пирамидальных тополей. Однако стоило нам выехать из города, как мы почувствовали, что даже утреннее солнце в этих местах горячо. По мере того как позади нас оставалось все больше проеханной дороги, а солнце поднималось все выше, мы чаще и чаще стали вспоминать о том, что выехали не позавтракав. Но вот показалось большое село, центр одного из районов Киргизии — этой республики животноводства. Чайная была уже открыта, и около ее дверей дремали под седлами киргизские лошадки, а чуть поодаль дремал, лежа на подогнутых коленях, большой одногорбый верблюд. Но больше всего вертелось около чайной собак, тощих, по-видимому голодных, с клочковатой шерстью, которая свалялась то ли от худобы, то ли от обильно набившейся в нее горячей пыли. В чайной нам предложили рыбные консервы с вермишелью, и мы уже собрались их есть, как к нашему столу подошел человек и спросил: точно ли мы московские корреспонденты? Мы ответили, что точно. — Значит, вам сейчас нужно ехать в колхоз «Кум- Арык». Там вас ждут председатель райисполкома и председатель колхоза. Мы удивились и переспросили: нет ли путаницы, почему нас там должны ждать? — Возможно, им позвонили из Фрунзе. Как-то раз мы действительно разговорились в обкоме о том, что неплохо бы побывать в киргизском 76
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4