острая каменная скала. По этой скале мы сразу узнали всю местность, виденную в цветном фильме об Албании. Между тем от дальних склонов гор стала доноситься мощная и, как нам показалось, мелодичная музыка. Она все нарастала и нарастала, и вскоре появились десятки отар, приближающихся к нам. Под шею барана подвешивается тонкостенный медный колокол размером почти с ведро. Внутри его вместо «языка» болтается такой же колокол поменьше. При ходьбе баран коленками толкает сооружение, и оно поет подобно органу. У иных баранов под шеей — железные глухари с большой печной горшок. Трудно представить, что из этого получается при движении трех тысяч овец. Мы, по крайней мере, услышали музыку за несколько километров. Причем издали действительно угадывалась 'мелодия, как будто играет грандиозный оркестр. Чабаны от разных отар собрались в одно место. Они рассказали нам, что овцы принадлежат животноводческому хозяйству № 1, а была это ферма помещика Медина Яно, того самого, что в день свадьбы короля Зогу пригнал пятьдесят отборных баранов прямо к порталам королевского дворца. Говорят, что Зогу был доволен подарком. Сейчас в хозяйстве около восемнадцати тысяч овец. База его в Конисполе, на юге Албании у границы с Грецией. Зимой отары уходят к морю, в район уже знакомой нам Саранды. Потом чабаны рассказывали нам разные случаи из своей кочевой жизни и приглашали нас в шалаши. Романычу лица чабанов показались недостаточно выразительными и характерными. Поэтому он поездку для себя считал неудачной и остатки дня хандрил, Впрочем, из гор мы выехали уже под вечер. У албанцев есть Особый способ здороваться при встрече: щекой к щеке. Еще на празднике в Пезе, когда Романыч снимал такую сценку, Зея возразил: — Вы снимаете не типичное, отжившее свой век. — Разве так не здороваются в Албании? 268
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4