Жизнь хороша, птички поют 59 тят самолёты с красными звёздами, бомбят фашистов. Фашисты бегут и падают, падают, падают... На другом направлении — вроде наши отступают... На третьем направлении — строем в ногу шагает по родному городку пехота. Юноши в белых маскировочных комбинезонах, автоматы наперевес, с лыжами в руках. Совсем молоденькие! Новобранцы идут на фронт... Они, как в вечность, входят в темную арку старинных городских Золотых ворот; там, за воротами — война. Лыжи как копья ангелов... В это время экскурсовод с невероятным подобострастием игриво прибавляет, несет какую-то околесицу: — Товарищи! Иосиф Виссарионович любил двери! Никто никогда не знал, что есть за какой двер-цею! Не все-е дверцы настоящие, некоторые ложные... Он всегда появлялся из разных дверей! Это очень удобно! На случай, если возникала срочная необходимость обезвредить врага народа, врага уводили под конвоем в одну из дверей... Фокус в том, что никто не знал, в какую, куда... Хи-хи- хи-хи-ха-ха!» «Я стою, опираясь рукой о стол, разглядываю карту. Вон, тот маленький молодой лейтенантик с чёрными усиками, который командует: «Огонь! Огонь! За родину! За Сталина!» — напоминает артиллериста-отца... Не замечаю, как остаюсь совершенно одна. Куда же идти? В какую дверь? Где же выход? Скрип двери... О-о Господи!» ...Сталин, как тень, возникает в одной из дверей, приближается... и оказывается прямо-таки рядом —вьявь! —со своими тараканьими усами, в пропахшей табаком шинели... Таракан, таракан, та- раканище! Одна рука заложена за спину, другая — за борт шинели. Он угрожающе вопрошает с ярким грузинским акцентом: — Александра Фёдоровна! Что ви сдесь делаэте? Кто пропустил?! — Словно прихлопывает муху, кладёт свою огненно горячую, тяжёлую, словно каменную, ручищу на её руку. Мгновенно из-за шести дверей выскальзывают мужчины с непроницаемыми лицами, в чёрных кителях... Александру
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4