какое сновидѣще привело опять вЪ волненіе душу мою. Я проснулась не весела, и цѣлой день грустила. ''Все казалось мнѣ досадно; карандаши мои были очинены дурно , клавесинѣ разстроенЪ, и самыя любимыя книги скучны. Кѣ щастыо пришелѣ мнѣ на мысль АльсимЬ; но за нимѣ явился и ученикѣ его, котораго образѣ питалѣ мою досаду. Я порочила его стараніе одѣваться какѣ можно лучше, смѣлую ловкость вѣ обхожденіи, ласковые взоры и слова, которыя всякую молодую женщину увѣряли, что она есть главный предметѣ его вниманія. Коротко сказать, я все порочила вѣ немѣ, но самая критика впечатлѢ- вала образѣ его вѣ моей душѣ; и еще какой- то тайный голосѣ вѣ сердцѣ моемѣ сѣ жаром!) и краснорѣчіемѣ защищалѣ Дилона, и часто заставлялѣ меня молчать. — Да ивѣ цѣломѣ обществѣ нашемѣ никто не былЪ моего мнѣнія; одна я думала обѣ немѣ шакЪ дурно; всѣ другіе хвалили его. Однакожъ Гжа. Орандѣ, матушкина пріятельница, женщина строгая, говоря о Ди- лоиѢ и АльсимѢ сказала, что первымѣ слишкомъ занимаются вѣ нѣкоторыхѣ домахѣ, и что для молодаго , пріятнаго, но можетѣ быть легкомысленнаго человѣка не должно забывать щого, кто гораздо достойнѣе уваженія, и кто изѣ одной скромности усту- паетѣ ему первенство. і84
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4