добродѣтели горничныхѣ дѢвушекЪ, судя обѣ нихЪ по комедіямЬ и новымѣ романамѣ; и такѣ совѣсть меня не очень упрекала. Я старался успокоить себя, думая, что мнѣ непремѣнно должно было спасти честь благородной женщины; и сверхъ того надѣялся, что молодой человѣкѣ согласится молчать. Но онЪ, возвратясь домой, тотчасЪ по- шелъ къ Госпожѣ д’Алъ* и разсказалЪ ей все; то есть, что онѣ видѣлѣ, какѣ явышелЬ изЪ ея комнатѣ, и какѣ дверь заперлась за мною; что онѣ вѣритъ моимъ словамъ; вѣритъ, что Луиза была предметомъ нрчнаго посѣщенія моего, и тѢмЪ болѣе находишЪ меня виноватымъ: потому что я соблазнилЪ невинную дѣвушку, и мараю честь его невѣстки. — ОднимЪ словомЪ, молодой д’Аль* шумѢлЪ, щрозилЪ, и требовалЪ, чтобы она выслала меня изЪ дому, вЪ которомЪ онЪ, по словамЬ его, не могЪ жить со мною вмѣстѣ. Красавица, вЪ тогііЪ же самый день, прогуливаясь вЪ саду, нарочно осталась со мною позади другихЪ. Орсильи! (сказала она) судьба моя вЪ вашихЪ рукахЪ. Деверь мой видѢлЪ васЪ вЪ коридорѣ. КЪ щастью вы заставили его думать, что ходите кЪ моей дѣвкѣ; но онЪ тѢмЪ болѣе на васЪ сердится, потому что Луиза не отвѣчаетъ на его любовь, и не’хочетЪ говорить сЪ нимЪ. Ему несносно думать, что васЪ предпочщпаютЪ, и вЪдосадѣ своей называетъ преступленіемъ 224
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4